30 September 2015

«Гости действуют на душу анестезирующе»/ Venedikt Erofeev (1938-1990) - part 7

Летопись жизни и творчества Венедикта Васильевича Ерофеева (1938-1990)

Источник: Журнал «Живая Арктика», 2005 год

Сканирование и проверка орфографии – Е. Кузьмина http://bookworm-e-library.blogspot.com/

См. начало - часть 1;
предыдущий отрывок - часть 6

Часть 7. Март 1988 - май 1990

1988, 25 марта – Ерофеева помещают в НИИ онкологии, где он начинает курс лечения лучевой терапией. На 18 мая ему предлагается плановая госпитализация для решения вопроса об операции. Ерофеев панически боится новой операции и не скрывает этого от окружающих. Каждый день его навещают жена Галина и Наталья Шмелькова.
1988, 3 апреля – Вербное воскресенье. Венедикт и Галина Носова гуляют в Коломенском парке. Встречают Светлану и Колю Мельниковых с кучей детей. Венедикт доволен – на целых пять часов он вырвался из больницы.

1988, 9 апреля – к Ерофееву в палату приходит режиссер Театра на Малой Бронной Портнов за разрешением поставить на сцене «Вальпургиеву ночь». Настроение у Венедикта жуткое.

1988, 11 апреля – Ерофеева в палате навещает поэт Бахыт Кенжеев; читает посвященные ему стихи.

1988, 15 апреля – Венедикт из больницы пишет письмо в Кировск сестре Тамаре Гущиной.

1988, 19 апреля – в палате у Ерофеева Галина Носова и Слава Лён, они надеются, что «Вальпургиева ночь» будет поставлена ко дню Веничкиного рождения. А сам он мечтает, что если будет к лету жив, то непременно поедет в Хибины за морошкой и брусникой.

1988, 21 апреля – издательство «Московский рабочий» выпускает «Вальпургиеву ночь» и выставляет Ерофееву за проделанную работу счет в 84 рубля. Он в ярости. Требует, чтобы Галина немедленно встретилась с главным редактором и расторгла с ним договор. Что и было сделано.

1988, 22 апреля – к Ерофееву приходят Белла Ахмадулина с Борисом Мессерером. Они передают ему поклон от Иосифа Бродского; сообщают, что Аксенов занялся в Америке финансовыми делами Венедикта.

1988, 30 апреля – «Вечер двух Ерофеевых» (Виктора и Венедикта) в клубе «Красная Пресня». Зал на 700 человек почти полный. Первое отделение с Виктором Ерофеевым прошло довольно тускло.

1988, 18 мая – Ерофеева снова помещают в онкологический центр. На этот раз ему предоставляют отдельную палату. Он все время говорит Галине о смерти: «В последний раз бреюсь, в последний раз пью, не разменивай квартиру!»

1988, 21 мая – Ерофеев гуляет по Коломенскому парку вместе с Галиной. Настроение у него подавленное, но всем любуется: «Как ужасно, всё цветет, а я ложусь под нож».
В палате вдвоем они отмечают день рождения Носовой.

1988, 25 мая – Венедикту делают вторую операцию на горле. Операция длится четыре часа. Вечером приезжает Г. Носова с тортами для медперсонала.

1988, 26 мая – состояние Ерофеева тяжелое, во время операции был задет нерв.
В палате у больного Галина, Тамара Гущина, Марина Глазова.

1988, 1 июня – Н. Шмелькова приводит к Ерофееву женщину-экстрасенса. Венедикт встречает ее весьма равнодушно, но после сеанса ему немного лучше.

1988, 7 июня – состояние Ерофеева улучшается, кризис миновал. Он пишет на листке бумаги: «Слава Богу, что наступил маленький перелом, а то третьего-четвертого я уже думал, что ухожу навеки». Намеревается числа 15-го начать работу над «Фанни Каплан». Все уговаривают его подольше задержаться в больнице, чтобы позаниматься у логопеда.

1988, 9 июня – Венедикта навещают жена Галина, Лера и Николай Мельниковы, Борис Сорокин. Ерофеев не может скрыть от них своей радости – ему уже отменили все уколы. Потихоньку он начинает ходить. Во всем всех слушается – когда проветрить палату, когда выпить кефир и т. д. Даже согласился не пить на ночь индийский чай, чтобы лучше спать.

1988, 11 июня – Ерофееву снимают послеоперационные швы.
Он пишет Шмельковой записку: «В субботу выписываюсь. Надо отметить это событие». Шмелькова отвечает ему, что Носова постоянно идет с ней на ссору, чтобы она перестала к нему ездить. Венедикт передает Шмельковой слова Галины Носовой: «Приготовься до выписки расстаться со своей Наташкой. Ноги ее в моем доме больше не будет».
«Как я устал от злобы», – записывает в дневнике Ерофеев.

1988, 23 июня – в палате у Ерофеева его старый друг Владислав Цедринский. Это о нем в поэме «Москва–Петушки», в главе «Орехово-Зуево» говорится: «...Владик Щедринский уже бежал на ларионовский почтамт с пачкой открыток и писем. Одно письмо было адресовано королю Норвегии Улафу с объявлением войны».

1988, 1 июля – Венедикта выписывают из больницы. На Флотской его возвращение отмечается шампанским. Весь вечер слушает пластинки Г.В. Свиридова. Несколько раз он заводит «Метель».

1988, 11 августа – ленинградское телевидение показывает передачу «Пятое колесо» с материалом о Венедикте Ерофееве. Вместе с ним передачу смотрят сестры Тамара и Нина. 11 августа – день смерти их матери, они собрались вместе, чтобы помянуть ее.

1988, 1 сентября – начинается публикация отрывков из поэмы «Москва – Петушки» в еженедельнике «Неделя» (№ 36).

1988, 21 октября – в Центральном Доме архитектора проходит творческий вечер Ерофеева, посвященный 50-летию писателя. В программе: первый акт «Вальпургиевой ночи» в исполнении актеров Студенческого театра МГУ, несколько глав из «Москва–Петушки» читают друзья Венедикта – Алексей Зайцев и Жанна Герасимова. На несколько минут в зале озвучена запись «Москва–Петушки» в исполнении автора поэмы. Вечер завершается банкетом.

1988, 1 декабря – Ерофееву назначен курс восстановительной логотерапии во Всесоюзном онкоцентре.

1988, 4 декабря – Венедикт звонит Юлии Руновой. Условными стуками он дает ей знать, что это он. По свидетельству Ю. Руновой, после потери Ерофеевым голоса «перестукивание по телефону» было его главным средством общения с ней.

1988, 8 декабря – Венедикт Ерофеев пишет письмо сестре Тамаре Гущиной в Кировск.

1988, декабрь – 1989, январь–март – журнал «Трезвость и культура» впервые в СССР печатает в сокращенном виде поэму «Москва–Петушки» (с иллюстрациями художника Г.Ш. Басырова).

1988, 28 декабря – Ерофеева вновь помещают в больницу на обследование. Вечером после телефонного «разговора» с Юлией Руновой он посылает ей короткое письмо.

1989, 5 января – в «Комсомольской правде» опубликована заметка Ольги Кучкиной «Любить пересмешника» о вечере в студенческом клубе МГУ, посвященном Венедикту Ерофееву.

1989, 11 февраля – уже больше недели самочувствие Ерофеева очень плохое, но он продолжает работать над текстом интервью для журнала «Континент».
(Интервью, которое называлось «Сумасшедшим можно быть в любое время», было опубликовано в номере 65 за 1990 год посмертно).

1989, 13 февраля – Ерофеева навещает Ирина Якир («Якирка») – участница правозащитного движения, дочь диссидента Петра Якира и жена Юлия Кима. Она предлагает Венедикту хорошего врача.

1989, 16 февраля – к Ерофееву приезжает ленинградская поэтесса Елена Игнатова; дарит ему сборник своих стихов с автографом.

1989, 17 февраля – в Литературном институте имени Горького проходит творческий вечер Венедикта Ерофеева. Выступают: Алексей Сосна (организатор вечера), Андрей Битов, Александр Еременко.
Ерофеев отвечает на многочисленные записки.

Последний вопрос из зала был о «лениниане»; писатель ответил: «...Этого плешивого мудака давно пора убрать из мавзолея». Под смех и аплодисменты парторг института, вытянув шею, с пунцовыми пятнами на щеках, по ногам сидящих в проходе стремительно пробирается к выходу. «Коммунисты не способны решить никаких задач, – продолжает Ерофеев. – Вот разве что СССР выиграл войну. Но коммунисты здесь ни при чем. Выиграл войну народ».
Реакцией студентов он остался доволен. Особенно когда садился в такси, а они на прощание махали вслед руками.

1989, 23 февраля – состояние Ерофеева заметно ухудшается. К нему приезжает Валентина Еселева и передает записку от Юлии Руновой.

1989, 2 марта – вечер Венедикта Ерофеева в Студенческом театре МГУ. Ведущий – Виктор Коркия. Был показан первый акт «Вальпургиевой ночи» в постановке Евгения Славутина, выступали Владимир Муравьев, Генрих Сапгир, Ольга Седакова, Евгений Попов, Александр Давыдов и др., читались стихи Друка, Коркия, Игоря Иртеньева. Молодые поэты держали плакат с надписью: «Все мы вышли из Петушков».

1989, 7 марта – к Венедикту приезжает журналист Леонид Прудовский взять интервью для «Огонька». Вечером его посещают два врача, специалисты по лечению рака, но их Ерофеев быстро выпроваживает.

1989, 23 марта – Ерофеев на время покидает больницу по случаю премьеры спектакля «Вальпургиева ночь, или Шаги Командора» в Московском театре на Малой Бронной. Рано утром возвращается в больницу.

1989, 29 марта – получает из Кировска письмо от Тамары Гущиной и сразу пишет ей ответ.

1989, 30 марта – Ерофеев отправляет письмо венгерской переводчице его поэмы – Эльжбете Вари.

1989, 1 апреля – в вильнюсской газете «Согласие» напечатан отрывок из эссе Ерофеева «Моя маленькая лениниана».

1989, 5 апреля – в палате у Ерофеева – Анатолий Лейкин, он хочет заключить договор на издание полного собрания сочинений Ерофеева.

1989, конец апреля – польское телевидение снимает Ерофеева в больнице.

1989 – поэма «Москва–Петушки» выходит отдельным изданием в СССР в издательстве «Прометей».

1989, 18 июля – Венедикт Ерофеев становится членом Литфонда, ему назначается пенсия в размере 100 рублей.

1989, 8 сентября – в «Книжном обозрении» публикуется статья Татьяны Толстой, в которой поэма «Москва – Петушки» названа «гениальным русским романом второй половины ХХ века… В. Ерофеев сказал о России точнее, глубже, с большей любовью, поэзией, жалостью, чем кто бы то ни был из пишущих в наши дни. Бессмертное произведение!»

1989, 26–27 сентября – на Флотской вместе с режиссером Павлом Павликовским работает съемочная группа Би-Би-Си. Они снимают документальный фильм о Венедикте Ерофееве. В Европе этот фильм будет демонстрироваться под названием From Moscow to Petushki.

1989, 6 октября – в лос-анджелесской газете Almanax Panorama опубликовано интервью с Александром Зиновьевым, в котором он заявил, что «Москва–Петушки» Венедикта Ерофеева с точки зрения вклада в литературу – явление гораздо более значительное, чем все произведения Солженицына.

1989, 24 октября – Ерофеев празднует 51-й день своего рождения.
Множество гостей: съемочные группы Би-Би-Си и «Ленфильма», делегация актеров, Осетинский, Слава Лён, Ольга Седакова, Лидия Любчикова, Сергей Филиппов, Тимаков, Ирина Леонтьева и др. Имениннику подарили много книг и пластинок.

1989, осень – Ерофеев почти безвыездно живет на даче в Абрамцево. К концу 80-х Венедикт уже чувствует себя здесь настоящим аборигеном.

1989, 11 ноября – Ерофеев на приеме в Центральном доме литераторов по случаю выхода альманаха «Весть». Здесь он знакомится с Булатом Окуджавой и Давидом Самойловым. Вместе с Евгением Славутиными они отправляется в Студенческий театр МГУ смотреть «Вальпургиеву ночь».
Вечером следующего дня Венедикт с женой и Владимиром Муравьевым возвращается на дачу в Абрамцево.

1989, 27 ноября –пишет письмо сестре Тамаре Гущиной в Кировск из Абрамцево.

1989, 4 декабря – Ерофеев в последний раз набирает домашний номер Юлии Руновой: 131-44-42.

Вспоминает Юлия Рунова:
«Я подняла трубку, алёкаю, алёкаю, а оттуда: тук-тук-тук-тук. Спрашиваю: "Ерофеев, это ты?" – "Тук". Один стук у нас обозначал "да". Два стука "нет". И тут я вспомнила, что сегодня ведь ровно 30 лет со дня нашего первого разговора в 22-й комнате орехово-зуевского общежития. Вот как время-то пролетело. А он все помнил и звонил мне из Абрамцево, с соседней дачи, где был телефон. Целый час мы с ним то молчали минутами, то я о чем-то его спрашивала, а он мне стуками вспоминал из своей "Благой вести" "...и – оба мы, как водится, испускали сладостное дыхание, и нам обоим плотоядно мигали звезды…". Я тогда еще не знала, что это будет наше последнее с ним общение. Я его и мертвого не увидела. Когда он умер, мне позвонила Рима Зотова и сообщила почему-то неправильно дату похорон Венедикта. И когда я позвонила на Флотскую – все было уже кончено».

Из воспоминаний Валентины Еселевой:
«Юля была самой большой и длительной привязанностью Венедикта. Они любили друг друга, но ужиться вместе вряд ли смогли бы. Юля долгое время пыталась отвлечь Венедикта от пристрастия к спиртному, приучить его к упорядоченному быту, следила за его одеждой и внешностью, но, познав бесперспективность своих усилий, – отступила. Свыше двухсот писем и записок, очень интересных, по ее собственному признанию, она безжалостно сожгла в период самой большой размолвки с ним в 1986 году.
Если говорить о Галине Носовой, то она отличалась от Юли тем, что не стремилась его перевоспитывать, а терпела его таким, каким он был».

1989, 5 декабря – у Венедикта сильный озноб. С трудом его уговаривают выпить горячего молока. Боли в горле почти круглосуточно.

1989, декабрь – в столице ГДР Берлине готовится постановка спектакля «Москва–Петушки».

1989, 10 декабря – в газете «Московские новости» с большими сокращениями публикуется интервью Игоря Болычева с Венедиктом Ерофеевым. Рассказывая об эпизоде, когда его не пустили в Париж на лечение, Венедикт резко заметил: «Умру, но никогда не пойму этих скотов». Слова «этих скотов» редакция поместить не осмелилась и заменила их многоточием.
Не вошел в публикацию и вопрос И. Болычева: «А существует ли советская литература? Вы советский писатель?» На что Ерофеев с улыбкой ответил: «Любой рассмеется в ответ на такой вопрос. Но я даже смеяться не буду, потому что мне врачи смеяться запретили».
Полностью это интервью было опубликовано в газете «Авто» в первую годовщину смерти писателя.

1989, 13 декабря – пишет письмо Тамаре Гущиной в Кировск (это последнее письмо Венедикта сестре).

1989, 25 декабря – Венедикту преподносят подарки – обещанные валенки и теплые ватные брюки. Веселое Рождество заканчивается ночным сообщением о казни супругов Чаушеску.
Утром Ерофееву очень плохо, спиртного в доме больше нет и спасает только корвалол. Днем по телевизору все смотрят 2-й съезд народных депутатов.

1989, 28 декабря – Ерофеев вместе с Муравьевым слушают по «Свободе» о выдвиженцах на Ленинскую премию. Муравьев хохочет. Венедикт говорит, что он бы выдвинул: Ф. Искандера, Булата Окуджаву, Валерия Попова и Юнну Мориц.

1989, 30 декабря – с утра Венедикт разбирает почту. В письме из Восточного Берлина от издательства Volk und Welt приходит договор на издание «Москва–Петушки» тиражом в 20 тысяч. Из Варшавы Нина Черкес сообщает, что драматический театр в Варшаве собирается ставить «Вальпургиеву ночь».

1990, 3 января – в «Литературной газете» опубликовано интервью с Ерофеевым «От Москвы до самых Петушков».

1990, 6–7 января – в канун Рождества на даче у Ерофеева опять столпотворение: супруги Епифановы, Леонтович, Шмелькова, Муравьевы.
По просьбе Светланы Мельниковой Венедикт подписывает сборник «Весть» для Николая Губенко: «С прежними теплотой и почтением. В. Ероф.»

1990, 11 января – с утра в гостях у Венедикта Ерофеева В.М. Савенков, директор издательства «Интербук». Венедикт подписывает с ним контракт под 5-звездочный коньяк. Савинков снимает процедуру подписания договора на видеокамеру.
Еще один контракт приходят от издательства Djulio Ginaudi из Италии.

1990, 16 января – Венедикт приезжает в Москву. В квартире на Флотской у него представители ВААПа. Ерофеев подписывает польский (варшавский) и итальянский (туринский) издательские договоры. После небольшого фуршета с шампанским Венедикт уезжает в Абрамцево.

1990, 20 января – Ерофеев присутствует на премьере спектакля «Москва–Петушки» в театре на Малой Бронной (режиссер В. Портнов). В зале ведет съемки компания Би-би-си [Док. фильм Павла Павликовского]. После банкета Ерофеев в тяжелом, неуравновешенном состоянии. Все время прикладывается к коньяку.
Страшный день ссор, выяснений отношений. Говорит, что не подпишет Носовой больше ни одной доверенности. Галина в ярости: «Милый, ты умрешь не от рака, не от сердца, а от жадности. Случайно создал шедевр, и писать больше не можешь!» Венедикт в оцепенении.

1990, 22 января – у Ерофеева на Флотской много гостей: Любчикова, Клавдия Андреевна Грабова, Шмелькова, гости из Киева. Здесь же кинооператор и режиссер от Би-Би-Си Павел Павликовский, итальянец-интервьюер из газеты «Мессаджеро» с переводчицей.

1990, 26 января – Ерофеев уезжает из Москвы на дачу в Абрамцево.

1990, 29 января – Вадим Тихонов вместе с режиссером Би-Би-Си Павликовским едут с Курского вокзала до Петушков. Тихонов комментирует ерофеевскую поэму.

1990, 31 января – утром на платформе Абрамцево Ерофеев встречает своих сестер, Тамару Гущину и Нину Фролову. На даче они отмечают поминки (40 дней) Юрия Фролова. Втроем гуляют по поселку.
Вечером Венедикт с удовольствием говорит, что набегал за этот день больше 10 км, и никакой усталости. Провожая на станцию сестер срывает им на прощание ветки с распущенными вербами. Возвращаясь на дачу замечает на вершине дуба дятла; останавливается, задирает голову и долго слушает.

1990, 24 февраля – в Абрамцево на проводы Масленицы машиной приезжает компания: Сергей Толстов, Виталий Михайлович, Галина Носова и Владимир Муравьев. Они сообщают Ерофееву последние новости. Феэргешные телевизионщики и испанские журналисты с интервью вот-вот заявятся прямо сюда. Передают приветы от Галины Вишневской и Мстислава Растроповича. Они тоже собираются нагрянуть в Абрамцево.

1990, 3 марта – на ерофеевский «счет В» через ВААП поступили издательские гонорары из Польши, Венгрии и ГДР. Пришла весточка от Сергея Аверинцева.

1990, 3 марта – Ерофеев чувствует себя плохо, все время говорит о смерти.

1990, 4 марта – днем на дачу приезжает А. Лейкин с супругой и со связкой прометеевских книг. Ерофеев расписывается в авансовой ведомости за получение 1300 рублей.

1990, 6 марта – Венедикт передает сестрам, Тамаре и Нине, в Москву 5 экз. «Москва–Петушки» для Бориса Васильева.
Вечером, провожая Анюту Муравьеву, дарит ей свою книгу с надписью: «Милой Анюте М. в надежде, что она все-таки будет покорной своим Извергам-Родителям».

1990, 7 марта – Носова возвращается из Москвы вместе с гостями: Светланой Мельниковой и Сергеем Куняевым. Сергей Станиславович собирается делать интервью для журнала «Москва». Встреча за столом записывается на магнитофон.

1990, 12 марта – с самого утра Венедикт у телевизора наблюдает за первым в русской истории избранием президента России на Чрезвычайном съезде.

1990, 18 марта – сделана последняя запись в дневнике Венедикта Ерофеева:

«Шальной день. В полдень подъезжает чер. лимузин с завхоз. министра Просвещения. Поездка на нем (лимузине) с выбором домика. И все о домике. Коньячок. Еще один, белый, лимузин, с бородачом-снабженцем и Светл. Мельн. Обмеры по сугробам».

1990, 23 марта – Ерофеев снова в квартире на Флотской. Состояние его час от часу ухудшается, к ночи температура под 40 градусов.

1990, 28 марта – Г. Носова и Н. Шмелькова отвозят Ерофеева в онкоцентр на рентген. У него обнаруживается две опухоли в легких, по видимому, это метастазы.
Ерофеев: «А я-то рассчитывал, что в первых числах мая вытащу на балкон кресло и буду глядеть на свои зелененькие всходы, жариться и пописывать».
По возвращении на Флотскую – целая бутылка водки. Ночью – страшное сердцебиение.

1990 – издательство «Интербук» (Москва) выпускает «Москву–Петушки» общим тиражом 450 000 экземпляров.

1990, 4 апреля – Состояние Ерофеева тяжелое. С раздражением все время говорит о транжирстве денег Носовой: «У нас не хватит на домик, а ты...»

1990, 6 апреля – состояние улучшается. Он читает последний номер «Огонька» с публикацией Татьяны Толстой «Не могу молчать».
Возмущается выступлением русских писателей на съезде – Проскурина и других. Смотрит на их журнальные фотографии и комментирует: «Да, за такие лица Афанасий Фет наказал бы их розгами».

1990, 10 апреля – в 9.15 на машине «скорой помощи» на Флотскую приезжает врач Михаил Мазурский, чтобы отвезти Ерофеева в онкоцентр. Однако с отъездом медлят – ждут приглашенного Галиной Носовой нотариуса. Около десяти часов к постели больного подносят авторучку и доверенность на право издания всех произведений Венедикта Ерофеева и получения всех гонораров Галиной Носовой. Несколько секунд Ерофеев как будто в раздумье. Потом быстро ставит свою подпись и отбрасывает бумагу...

1990, 15 апреля – состояние Ерофеева тяжелое, ему постоянно дают обезболивающее.

1990, 16 апреля – у Ерофеева сильная слабость и депрессия. Приезжает Сергей Толстов для обсуждения проекта строительства домика Ерофеевых в Абрамцеве.

1990, 17 апреля – в газете «Новое русское слово» (Нью-Йорк) опубликована статья Л. Панн «Веселая трагедия в театре МГУ», посвященная постановке «Вальпургиевой ночи».

(Кадры из док. фильма Павла Павликовского)

1990, 20 апреля – Т. Гущина, которой сообщили о плохом состоянии Венедикта, приезжает в Москву. Венедикт встречает сестру в больничной палате встревоженным взглядом. Он почти не разговаривает.

1990, 22 апреля – Ерофеева навещают Яна Щедрина, Николай Мельников и Венедикт-младший. Сын говорит ему, что вот уже три месяца, как не пьет. Ерофеев, несмотря на тяжелое состояние, всем рад. Пишет записку: «Гости действуют на душу анестезирующе».

1990, 23 апреля – Ерофеева в больнице навещает приехавший из Парижа писатель Владимир Максимов – главный редактор журнала «Континент» – для обсуждения предстоящих публикаций Ерофеева в журнале. Тот шепчет ему: «Сейчас говорить об этом уже бесполезно».
Вспоминают общих знакомых – художников Рабина, Целкова, очень нежно Вадима Делоне и др. Уходя, стараясь придать голосу спокойствие, Максимов выразил уверенность в Венином выздоровлении. «Я постараюсь поправиться», – шепчет Ерофеев.
(Посмертно в «Континенте» (1991, № 67) будут опубликованы неоконченная пьеса «Диссиденты, или Фанни Каплан» и эссе «Саша Черный и др».)
Вечером у постели больного Слава Лён и Игорь Авдиев. Ерофеев пишет им на клочках бумаги: «Вчера у моей постельки собралась целая куча девок и все повисели на моей раковой шейке»,
«Был Владимир Максимов. Торопил с Фанни Каплан»,
«Ну и район эта Каширка. Выйдешь на балкон, глянешь. Какая там Москва!.. Налево: вроде Манчестер! Направо: нет, Челябинск!»,
«Если меня совсем недавно передергивало от мысли о коньяке, то сейчас совершенно спокойно мог бы наблюдать, как бы вы все выпивали, а я сам – закусывал бы».

1990, 30 апреля – Анатолий Лейкин привозит Ерофееву из деревни трехлитровую бутыль с клюквенным морсом.

1990, 1 мая – самочувствие Ерофеева значительно улучшилось, он даже съел почти весь завтрак: манную кашу, яйцо, кофе и бутерброд с красной икрой.
Днем приезжает Лён, а в 6 вечера – сестра Тамара Васильевна. Поздно вечером Галина Носова позвонила живущей неподалеку, в Коломенском, Нине Дудинской: «Венедикт весь в испарине. Привези чистую рубашку».

1990, 2 мая – весь день у Венедикта сильная слабость, но температуры нет. Приезжают Виктор Тимачев, Тамара Васильевна и Леонид Прудовский. Галина Носова показывает Венедикту письмо из Мурманского областного суда. В документе говорится, что «Приговор Военного Трибунала Кировской железной дороги от 25.09. 1945 г. в отношении Ерофеева Василия Васильевича отменен, и дело производством прекращено за отсутствием в его действиях состава преступления. Ерофеев В.В. полностью реабилитирован».
Ерофеев слушает с закрытыми глазами, не шелохнувшись. Лицо – непроницаемо.

Ирина Якир рассказывает, что мать ее тоже отбывала наказание на Севере. И она сама родилась в лагере, и находилась там до 5-летнего возраста. Галина Носова, рыдая, говорит, что попросит Валентина Асмуса освятить ерофеевский домик в Абрамцеве, как храм.

1990, 4 мая – целый день в палате у Венедикта сестра Тамара Васильевна и Сергей Толстов. Приезжает Игорь Авдиев с православным священником.
Ерофеев от причащения отказывается, в раздражении выдергивает из вены иглу от капельницы.

1990, 5 мая – приезд Вадима Тихонова с недопитой бутылкой водки. Он пытается растормошить Ерофеева и сообщает ему, что Павел Павликовский приглашает его и Игоря Авдиева в Лондон на премьеру фильма о Венедикте: «Ерофейчик, скоро обо мне будет говорить весь мир».
В течение дня Ерофеева повидали: Сергей Толстов, Ольга Седакова, Люся и Марк «Булгачата», Яна Щедрина и Ирина Леонтьева.
Седакова прикрепляет над изголовьем Венедикта маленькую иконку.

1990, 6 мая – у постели Ерофеева Жанна Герасимова, Тамара Гущина, Саша и Лиза Величанские, Светлана Мельникова.

1990, 7 мая – утром к Ерофееву приезжает Муравьев с ксендзом Петром. Отпускает ему грехи.
Причастить Венедикта по полному обряду не удается, так как он все время в беспамятстве.
Вечером в палате дежурят Тамара Гущина и Сергей Толстов. Борис Сорокин настаивает на приезде отца В. Асмуса.

1990, 8 мая – Ерофееву делают рентген легких. Врачи отмечают верхнедолевую пневмонию. Родственникам было предложено забрать Венедикта домой: «Все равно, где умирать, – заявил один из врачей, – а с наступлением праздников большинство персонала будет на отдыхе».

1990, 9 мая – в ерофеевской палате, помимо Галины Носовой, Слава Лён, Величанские, Алексей Сосна и Сорокин с бутылкой святой воды.
Венедикт в беспамятстве.

Носова в сверхвозбужденном состоянии выкрикивает строки из «Вальпургиевой ночи»:
Этот день победы!
Порохом пропах!
Это счастье с беленою на устах.
Это радость с пятаками на глазах!
День победы!..

1990, 10 мая – с утра в больницу приезжают сестры – Тамара и Нина, сын Венедикт, Борис Сорокин, Валентина Еселева, Сергей Толстов. Врачи предупреждают, что предстоящая ночь может быть последней.

1990, 11 мая – с утра моросит холодный «хибинский» дождичек. В 7 часов 45 минут Венедикт Васильевич Ерофеев повернулся к стене и скончался. Это произошло в отдельной палате на 23-м этаже Всесоюзного онкологического центра, того, что на Каширском шоссе, в Москве.

Из воспоминаний Тамары Гущиной:
«Начались хлопоты о похоронах. Сергей Станкевич, в то время заместитель мэра Москвы Гавриила Попова, подписал разрешение хоронить Венедикта на Ваганьковском кладбище. Об этом было сообщено по радио и московскому телевидению. Но Гале Носовой не понравилось место, которое ей показали на кладбище. Тогда было решено, что Вена будет похоронен на Новокунцевском кладбище (сегодня оно считается филиалом Новодевичьего). Таким образом, некоторые из Вениных друзей не смогли с ним проститься, введенные в заблуждение неточной информацией.
Галина Старовойтова и Юрий Любимов привезли венок от Моссовета. Уже на кладбище мы встретили Беллу Ахмадулину и Бориса Мессерера. Поминки были на Беговой улице, в каком-то кафе, столов и стульев не хватило, и многие поминали, стоя вдоль стен длинного зала».

1990, 16 мая – прошло отпевание Венедикта Ерофеева в православном храме Положения Ризы Господа нашего Иисуса Христа (ул. Донская, 20).
В тот же день состоялись похороны на Кунцевском кладбище в Москве.
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...